Himawari Gakuen

Объявление


ученики учителя горожане кроссоверы нужные персонажи срочно ищем!


акции помощь новичку фракции валюта отношения текучка отчиталка набор штата АДМИНИСТРАЦИЯ

Дата: 28.08.2016-4.09.2016
Погода: жарко и сухо

сюжетные квесты

► Новый дом
Запись в дома по квесту
► Поиск правды
Запись в детективы

новости

► Главные новости за последнее время



Лучший эпизод: Один раз - случайность, два - тенденция, а три - закономерность

Кай стояла, опустив глаза в пол. Она выпятила нижнюю губу, нацепила на лицо выражение крайней скорби и хныкала.

- Ну дяяяденька, - жалобно завела она в который раз. - Ну пожааалуйста, простите. Ну только в этот раз, честно-честно.
Перед ней и владельцем магазинчика на витрине лежало несколько блокнотов, набор гелевых ручек и точилка в виде панды. Все это Каири пыталась вынести, не заплатив, и была поймана с поличным.
Владелец комбини был, по сути, человеком не злым, а потому правда не знал, что делать. В то же время непутевую школьницу надо было наказать, а потому он грозно раздувался и возмущался, грозясь отвести ее в полицию.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Himawari Gakuen » Archive » Ты ещё жив, любимый?


Ты ещё жив, любимый?

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Место: школа Химавари, учительская
Время: полгода назад
Участники: Такегами Тейдзиро, Хига Аюми

0

2

От суеты в учительской и громкого гомона коллег Тейдзиро уже привычно прятался за широкой обложкой "Компендиума по общей социологии", тем самым ясно давая понять ярым любителям пообщаться, что компания давно почившего Вильфредо Парето намного милее душе социолога. Из-за по-дурацки составленного расписания прямо в середине дня у учителя оказался существенный пропуск среди занятий, который он и коротал за своим столом, искренне полагая, что в данный момент его драгоценный второй класс бодро размахивает руками-ногами на физкультуре, тренируя тело и окончательно атрофируя остатки серого вещества в своих буйных головах.
Прямо над ухом нещадно орал тот самый учитель физкультуры, время от времени делая грозные выпады кулаками и грозя тем самым если не сшибить горы учебников и тетрадей вокруг себя, то как минимум наградить ещё пару-тройку коллег внушительным синяками. Такегами, высунув на мгновение нос из-за книги, наградил физкультурника неодобрительным взглядом и, недовольно поморщившись, вновь углубился в чтение. Он знал, что нужно потерпеть ещё пару минут и..
Дзинь-дзинь-дзинь!
На мгновение учительская стала ещё боле напоминать разворошенный улей, но после все похватали принадлежности для уроков, и небольшая комнатка опустела. Тейдзиро тут же положил книгу на стол и сладко зевнул, прикрыв рот узкой ладонью. Безумно хотелось кофе, но не мерзкого пойла из автомата, что стоял рядом с дверью, а настоящего, свежесваренного напитка. Конечно можно было пойти в столовую и поклянчить у повара чашку-другую, но извечный враг всего человечества - лень - мешал сделать это. Причём преодолеть пару лестничных пролётов Такегами вполне мог, но он был более чем уверен в том, что обязательно встретит злостного прогульщика, с которым придётся проводить воспитательную беседу или же вовсе тащить к директору.
Нееет. Не хочу. Я на это не подписывался.
Пришлось обойтись простой минеральной водой. Такегами с крайне задумчивым видом отвинтил пластиковую крышку и, поднеся бутылку к губам, с наслаждением сделал пару внушительных глотков. Не кофе, конечно, но холод тоже обжигает и заставляет взбодриться.
Закрыв бутылку, социолог поставил её на край стола и вновь вернул внимание "Компендиуму". В конце-концов, последний урок у него был как раз в втором классе по теме "Классика зарубежной социологии".

+1

3

Хига-тян всегда была на виду. Даже если вокруг неё не было людей, она держала себя так, будто вот прямо сейчас она находится на сцене и на неё смотрят сотни (а может, и тысячи) вожделеющих глаз поклонников. Поэтому, даже в опустевшем после пронзительного звонка школьном дворе Аюми шла лёгкой походкой, которая, кажется, вот-вот перетечёт в изящный танец. Как знать, не смотрит ли кто-нибудь на неё из окна?
Школа была прекрасна. Под стать мне, - с улыбкой думала Аюми, осматривая здание и прилегающую территорию. Японке хотелось бы, пожалуй, чтобы это поместье принадлежало полностью ей - от милых круглых кустиков в палисаде перед входом до самых узеньких окошек под крышей. Она представляла, как танцевала бы в широких коридорах в одной ночной рубашке, и устраивала бы пикники прямо на аккуратно стриженом зелёном газоне. Он выглядит так мягко, - Хига-тян едва не рассмеялась вслух, - А за моими танцами непременно должен был бы кто-нибудь наблюдать. Ну, например, Тейджиро. Впрочем... - японка даже остановилась на секунду, споткнувшись в своих мечтах об это имя, - Тей-кун не смог бы меня видеть, закованный в кандалы где-нибудь в подвале. О да, в этом здании должны быть потрясающие подвалы!..
По мере того, как танцовщица металась в мыслях от пикников к казематам и обратно, она всё больше наполнялась воодушевлением, и счастливая улыбка озаряла её красивое личико. Именно с такой улыбкой Аюми впорхнула в учительскую, не забыв постучаться, с порога изящно поклониться и пожелать всем присутствующим доброго дня. Когда же она увидела в учительской бывшего мужа - единственного зрителя, - её улыбка предательски расползлась ещё шире и замутилась намёком на оскал. Нарочито громко, чтобы оторвать преподавателя от книги, новоприбывшее воспоминание о прекрасной молодости произнесло:
- Такегами-сан, доброго дня! - Голос Аюми наполнился такой приторной елейностью, от которой вполне могло свести зубы. Девушка повернулась к учителю и ещё раз поклонилась, на этот раз чуть ниже обычного, чтобы этому социологическому маньяку было удобней заглянуть в вырез её кофточки и увидеть, что кожа её до сих пор так же нежна и светла, как раньше. И мне так жаль тебя, раз ты столько лет был лишен удовольствия меня гладить. - Как я рада встретить вас снова! Не могу передать, как мне нравится, что мы будем работать в одной школе. Вы ведь преподаёте здесь социологию, не так ли? - Интонации, с которыми говорила Хига-тян, ясно давали понять, что если она и рада встрече с Такегами, то только потому, что жизнь его в скором времени станет адом, причём её же стараниями.
Аюми была не слишком довольна, что встреча с бывшим мужем произошла так рано, сразу после её приезда в школу, - ведь она не успела как следует изучить обстановку и подготовить сцену для своего фееричного "явления". И так сойдёт.

+1

4

На мгновение Такегами показалось, что последствия бессонницы дали о себе знать, и сладкий сон, не спрашивая на то разрешения, пришёл, так сказать, здесь и сейчас. Ибо прямо над головой раздался до боли знакомый голос, который социолог не мог забыть, даже будучи старым глухим маразматиком.
Ну надо же было задремать..
Тейдзиро отложил книгу и, растерянно моргнув, устремил настороженный взгляд на своего персонального Тайлера Дёрдена. Моргнул - раз, другой, - после чего украдкой ущипнул себя. Но прекрасное видение не исчезло, не испарилось, а приторно-сладкий запах духов, сведший обоняние с ума и забивший строгий  "Platinum Egoiste" в одно мгновение, лишний раз доказало, что Аюми Хига не была демоном из сна.
Такегами аккуратно закрыл книгу, предварительно сунув между страниц тонкую полоску бумаги - закладку, и отложил "Компендиум" в сторону - по одной линии с другими книгами. После чего успокоил лихорадочное сердцебиение и, с трудом отведя взгляд от весьма привлекательных прелестей бывшей жены, беззаботно улыбнулся. Впрочем, улыбка эта была больше похожа на оскал паралитика.
- Здравствуйте, уважаемая Хига-сан. О, боюсь, это вы не представляете, как я рад видеть вас в этих стенах, - Тейдзиро соединил вместе кончики пальцев и устремил долгий, многозначительный взгляд на Аюми. - Какой приятный сюрприз.. признаться, такого подарка я не получал с.. давно не получал.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Такегами приложил указательный и средний палец к уголку глаз, ибо последний начал нервно подёргиваться. Если был на целом свете человек, с которым социолог не хотел бы вот так неожиданно встретиться, так этим человеком можно было смело назвать Аюми. Но что сделано, то сделано.
- Да, я преподаю здесь социологию. Весьма меткое наблюдение, - Тейдзиро подпустил шпильку, силясь проверить почву: насколько сильно Аюми ненавидит его? Или же всё осталось в прошлом, и прелестная японка отпустила злость и обиду?
Ха! Как бы не так.
- А что вы здесь делаете, Хига-сан?
Изучающий взгляд Такегами беззастенчиво скользил по ухоженному лицу молодой женщины, подмечая, что за прошедшие годы она не только не изменилась, но стала ещё красивее. По всей видимости, у Аюми были и время, и деньги, чтобы ухаживать за собой. Весьма похвально, особенно если вспомнить тот счёт в банке, который Тейдзиро оставил ей.
Но правда, что ты делаешь здесь сейчас? Уж явно не нанялась преподавать математику.. - собственная мысль позабавила социолога; он тихо фыркнул и поднялся: негоже сидеть, когда женщина стоит.
- Впрочем, Хига-сан, может быть перенесём разговор? У меня сейчас урок, - вообще-то Такегами не привык врать, но при такой встрече он порядком растерялся и, хоть и не уронил лицо, но желал оказаться как можно дальше от учительской.
Интуиция, хоть и является примитивнейшим способом познания окружающей нас действительности, но в данный момент она вряд ли обманывает меня, говоря, что пришёл конец тихой жизни.

+1

5

Он ошарашен, испуган и смотрит на меня как робкий школьник. Улыбка Аюми приобрела оттенок триумфа. Такой маленький шоколадный тортик в подарок собственному самолюбию.
- Урок? - вопрос взлетел беспечной птичкой и опустился вниз кусачей змеёй, пропитывая слова ядом, - Такегами-сан, звонок был уже давно, с каких пор вы начали опаздывать? - смешок, - Похоже, годы всё-таки подточили вашу любовь к социологии, не зря я сомневалась! - Аюми рассмеялась вновь задорно и почти радостно, всем своим видом показывая, что уж кого-кого, а её не испортят и столетия. И даже тысячелетия, в свою очередь, не тронут её любовь к танцу. А ты, Тай-кун, так и метайся от одного занятия, к другому. Ты бросил на корм мухам свой талант и прекрасную партнёршу, так что ты это заслужил. Впрочем, книги он по-прежнему читал мозгодробительные - как успела заметить Аюми - так что, всё у него в порядке с любовью к работе.
Аюми сделала пару лёгких, почти несуществующих шажков в сторону бывшего мужа, однако не спешила отходить от двери - чтобы в случае необходимости преградить Такегами путь к бегству. Эта встреча явно не так обрадовала его, как Хига-тян. Чувствуешь неприятности своей упругой задницей, да?
- Или, причина вашей спешки вовсе не урок, а что-то другое? - задумчиво протянула танцовщица, - Или кто-то... - промурлыкав своё предположение Аюми склонила голову на бок. Абсурдность собственного предположения её позабавила. Чтобы Такегами, да в рабочее время, ха! - Даже если этот кто-то готовит вам долгожданный приятный сюрприз, уверена, это подождёт ещё пару минут. Ведь мы столько времени не виделись. - Она ворковала, поигрывая ресницами, плавно покачиваясь на одном месте, словно голкипер, готовящий прыжок за мячом. Она смотрела задумчиво на социолога, пытаясь решить прямо сейчас (Раз уж встретились мы так не вовремя, то и важные решения не стоит откладывать), чего она хочет - вендетты или Такегами. На всякий случай она не прекращая двигалась, будто бы перетекала из одного движения в другое - поправляя волосы или ремешок сумки, переступая с ноги на ногу, чтобы то одна, то другая коленка выглядывала из под юбки в шотландскую клетку, - чтобы бывший муж хоть краешком глаза увидел и вспомнил свои любимые места на её теле. Пусть она не была готова к встрече, но ненавязчивое соблазнение не помешает ни при каком её решении.
- Что касается того, что я здесь делаю... Куда же ещё идти учителю в первый день работы, как не в учительскую? Я надеялась найти здесь человека, который покажет мне, где здесь жить, есть, развлекаться и танцевать. - Хига-тян многозначительно посмотрела на Такегами, прикидывая, каким образом именно его подписать на роль гида.

+1

6

Такегами даже не улыбнулся, смерив бывшую пассию убийственным взглядом, каким обычно награждал самых заядлых двоечников и прогульщиков. Вот только если ученичков можно было устрашить, то Аюми могла максимум что сделать, так зевнуть.
Ашшш, очаровательная моя, откуда ж ты свалилась на мою голову?
- Годы в принципе подточили мою любовь к чему или к кому бы то ни было, - Тейдзиро развёл руками и демонстративно уставился в потолок, будто нашёл там нечто, гораздо более интересно Аюми и "Комендиума" вместе взятых. - Некоторые встречи, моя лучезарная Хига-сан, заставляют любовь атрофироваться окончательно и бесповоротно. Разве у вас никогда такого не было?
Он поправил безукоризненно завязанный галстук и довольно кисло посмотрел в сторону двери, которую перекрыла стройная фигурка Аюми. Но хоть японка казалась такой миниатюрной и хрупкой, но свирепости её могли позавидовать даже давно вымершие саблезубые тигры. Тейдзиро невольно вспомнил один из грандиозных скандалов, который во времена славной совместной жизни закатила Аюми: помнится, из целого в квартире остался ноутбук, который Такегами забрал, позорно сбежав с места происшествия. Правда, через несколько дней он вернулся, потому что Аюми хотела смотреть уничтоженный своими же прекрасными ручками телевизор.
Наваждение спало, и Такегами в ужасе помотал головой, решая, что подобное испытание будет выше его сил.
- О, Хига-сан, вы даже не представляете, как же я скучал, - неожиданно Тейдзиро начал душить смех, который он с трудом скрывал за деликатным покашливанием. - Вы, я вижу, тоже тоже испытываете столько сильное.. чувство. Как прекрасно, что всё между нами взаимно, не так ли?
Неожиданно его улыбка стала напоминать оскал. Аюми беззастенчиво пользовалась своей внешностью, видимо, предполагая, что бывший муж с радостью клюнет на её прелести и полетит на огонь, словно глупый мотылёк. Вот только прошедшее время порядком изменило Тейдзиро, заставив его быть как можно более осторожным в отношениях со слабым полом.
О, женщины! Имя вам - легион!
Но в следующий момент ледяная маска Такегами едва не разлетелась на тысячу осколков. Аюми умела больно бить в самый неожиданный момент.
- Учителю? - переспросил Тейдзиро, чувствуя, как брови медленно ползут вверх. - Учителю?!
Он закашлялся - на сей раз не потому, что хотел скрыть рвущийся наружу хохот. Известие потрясло социолога до глубины души. Такого удара он не ожидал.
- Знаете, уважаемая Хига-сан, пожалуй, я составлю вам компанию. Покажу, так сказать, местные достопримечательности, - Такегами нахмурился, скрещивая руки на груди и глядя на жёнушку совсем как раньше, когда пытался выяснить, почему на карточке не осталось ни одной йены. - А взамен вы расскажете мне все подробности своей жизни за последние годы и то, какая дорожка привела вас в Химавари. Хорошо?
Не дожидаясь ответа, Тейдзиро подхватил Аюми под острый локоток и потащил к двери, а оттуда на выход. Ибо почему бы не начать с прекрасного сада? Тем более в это время там можно было встретить разве что школьного садовника..

+1

7

- О нет, что вы, Такегами-сан, - промурлыкала Аюми, -  Встречи, наоборот, пробуждают во мне любовь! А вот длительная разлука может уничтожить даже самое светлое чувство. А то и хуже, - Хига снизила тон, будто делясь чужим секретом, - превратить его во что-нибудь низкое и отвратительное. Вы наверняка читали что-то подобное в своих книгах, - Хига сморщила носик, но не из-за упоминания книг (к ним она испытывала почти суеверное уважение, хотя и редко читала сама что-то помимо глянца), а из-за мысли, что Тейджиро, по её убеждению, почерпывает знания об отношениях из книг, а не из собственного опыта.
- Учителю, - ещё раз повторила Аюми, и ткнула пальчиком в потолок, как отличница-зазнайка - Одна моя подруга утверждает, что желание делиться своими навыками - первый шаг к пенсии, но я думаю, искать новые таланты не менее увлекательно и полезно, чем пользоваться своим, верно? - Аюми немного приврала на счет источника этой интересной мысли. Ни с одной подругой отношения у неё не развивались до такой близости, чтобы делиться подобными мыслями. Она не искала себе подруг-дурнушек, которые могли подыгрывать ей на вторых ролях, а любую девушку, достаточно хорошую собой, чтобы быть украшением для Аюми танцовщица отпугивала своей любовью к богатым мужчинам. Но Такегами пока выигрывал перед всей гвардией её бывших ухажеров. А если он так и останется единственным достойным мужчиной во всей школе Химавари, то, быть может, здесь Хига-тян обретёт и подругу, ведь социолог не очень склонен к близости, а значит, и отбивать его будет не у кого. И мы будем вместе вздыхать по этому бесчувственному чурбану! Это даже смешно.
Под таким знакомым взглядом Тейджиро новоиспеченная учительница хотела сперва сжаться, и даже потупила взгляд. Она шла за бывшим мужем, но, побоявшись казаться послушной и уступчивой вывернула руку из его хватки и вырвалась немного вперед, делая вид что это она ведёт их обоих туда, куда ей хочется. От этой его манеры быть строгим и главным Аюми начала распаляться, в ней понемногу закипало раздражение. Она постепенно ускоряла шаг - от злости - но не забывала покачивать бёдрами. Аюми справедливо предположила, что хотя Тейджиро и отводит так демонстративно глаза, но на самом деле он точно знает, куда нужно смотреть, когда рядом "неподражаемая Аюми".
- Боюсь вас разочаровать, Такегами-сан, но подробности моей жизни вряд ли будут вам интересны. - Аюми заговорила привычно быстро, повысив голос, - Что-то вы наверняка могли почерпнуть из прессы, - сказано это было почти с гордостью. Хига-тян знала, что давить на жалость Такегами бесполезно, поэтому хотела показать, что и без его поддержки прекрасно справлялась. - Из последнего, например, фестиваль спортивного танца в Токио, на который мы были приглашены с моим новым партнёром, - Аюми говорила о новом партнёре с лёгким пренебрежением, хотя и не хотела даже намекать бывшему мужу на его незаменимость, - Об этом писали в «Spokai Asahi». Перечислять события можно долго, но танцы ведь более вам не по душе. - Хига-тян повела плечиком. Она снова кривила душой, перечислять танцевальные события она не продолжила, потому что их было ничтожно мало - новый партнёр Аюми совершенно не устраивал, хотя был он и талантлив, и старателен. Аюми лишь надеялась, что этих подробностей Тейджиро не знал. – Приглашение в школу Химавари - отличный способ немного отдохнуть от всей этой светской суеты, разъездов и тренировок. А раз уж к преподаванию прилагаются новые знакомства и ваше общество, Такегами-сан, то я уж точно не пожалею, что согласилась на эту работу. - Хига-тян, пожалуй, немного переигрывала, но она тщательно старалась скрыть назревающую злость и всплывающую из глубин памяти обиду за беспечным щебетанием. - А что вам предпочтительней, Такегами-сан, сначала провести мне экскурсию или помочь транспортировать вещи? - она обворожительно улыбнулась.

0

8

Такегами до боли сжал зубы, мигом став чем-то отдалённо напоминать акулу. Кажется, рядом с Аюми и правда нужно было иметь не только железобетонные нервы, но и три ряда острейших зубов.
- Я рационалист, хотя и признаю, что лишь 40 процентов в нас - результат социализации, а оставшиеся 60 - голые животные инстинкты, - сквозь зубы процедил Тейдзиро, ловко вписывая в первый встретившийся поворот и сворачивая на маленькую лестницу, которой пользовалась разве что уборщица; вероятность встретить здесь кого-нибудь из учеников фактически была равна нулю. - Но глядя на некоторых.. городских сумасшедших, я начинаю всерьёз думать о том, что животное начало берёт куда больше, нежели то, что дало нам человечество. Инстинкт иерархии - опасная штука, знаете ли.
Его голос впервые за долгое время прямо таки исходил сарказмом. Было в Аюми что-то, что заставляло не только нервно сглатывать и пытаться покинуть поле боя, но и сходит с ума от бешенства. Один взгляд на миловидное личико бывшей жены доводило социолога до трясучки, и лишь многолетняя выдержка не позволяла ему терять голову.
Танцуете, значит.. всё также пляшете на паркете. И сейчас решили устроиться в школу. Надоел род деятельности, хотите отомстить или же на самом деле не всё так гладко на славном танцевальном поприще?
- Хига-сан, вы даже не представляете, как я рад за вас, - с нескрываемым сарказмом протянул Тейдзиро и толкнул дверь, выходя на свежий воздух. - Знаете, я всегда говорил вам, что не стоит расстраиваться. Ушёл один партнёр - придёт другой. А вы мне не верили, подкрепляя своим слова.. мм.. не напомните чем именно?
Кажется, это был превосходный сервиз, заказанный прямиком из Европы.
На улице было чудо как хорошо, но мрачное настроение мешало Тейдзиро оценить всю прелесть погоды. Стояла тишина - все были на занятиях, - но социологу этого показалось мало. Недолго думая, он заложил руки в карманы и направился вглубь сада - туда, куда периодически бегали влюблённый парочки и любители покурить.
Да, душа моя, наглости вам всё также не занимать, - с неожиданной ностальгией подумал Такегами, неторопливо шагая по выложенной светлым камнем узкой дорожке. Всё-таки было и что-то хорошее в их браке - по крайней мере, в первые месяцы. Аюми сперва честно пыталась следить за домом, но после махнула на всё рукой. К тому же они танцевали и, чего толку скрывать, были не такой уж и плохой парой. Если бы не желание Такегами заняться чем-то "более серьёзным", кто знает во что бы превратилась их карьера.
Эгоисты. Мы оба.
- Вещи? - наконец, переспросил Тейдзиро, останавливаясь под ближайшим деревом и изучающе посмотрев на экс-супругу. - Мне кажется, вы путаете меня с носильщиком. Да и намного лучше будет попросить об этой услуге кого-нибудь из учеников. Только здесь всегда есть риск ненароком влюбить в себя несчастных подростков.
Он невозмутимо улыбнулся. Нет, по правилам этой женщины играть - себе дороже. Сейчас социолог ненавязчиво давал понять Аюми, что их отношения остались в прошлом, и лучше бы сейчас сохранить хотя бы видимость "холодной войны".
- Как там поживает.. ваша квартира? - поинтересовался Такегами. - Вы ещё не продали её, чтобы купить нечто более подходящее вашим запросам?
Ещё одна колкая ирония. При разводе Тейдзиро оставил Аюми чудесную двухкомнатную квартиру в самом центре Токио - подаренную, к слову сказать, отцом. Но, кажется, Хига так и не оценила этот широкий жест.

Отредактировано Takegami Teijirou (03.05.2013 11:18)

0

9

Когда пара вышла на улицу, Хига-тян перестала строить из себя поводыря, но пыталась сбавить темп, чтобы этот поход больше походил на прогулку, - Такегами нёсся вперёд, будто вёл бывшую свою пассию к месту расстрела. Намеки на разбитый Веджвудский фарфор Хига-тян безуспешно пыталась проигнорировать, скрыв вспышку злости за улыбкой:
- Вы научили меня не привязываться к чему-то постоянному и смело двигаться вперёд, отбрасывая старое, Такегами-сан. Так зачем же вы, преподав мне такой полезный урок, вспоминаете эти мелочи?
Такегами, наконец, пошел медленнее. Хига-тян шла рядом, привычно плавными шагами ступая по дорожке, и чертыхалась про себя. Зачем ты меня сюда притащил? Хочешь поиздеваться? Лучше тебе от этого не станет... Обстановка навевала романтические воспоминания. Слишком не вязался мирный садик, полный изящных клёнов, навевающих воспоминания об уютных днях, когда они вдвоём, ещё воодушевленно влюбленные друг в друга, гуляли под цветущей вишней, - с теперешней действительностью, полными яда диалогами и тихо горящей в груди ненавистью.
- Смотрю, Такегами-сан, вы знаете, о чём говорите, - Аюми снизила тон, опустившись до доверительного шепота. Пожалуй, если бы социолог хотел её расслышать, ему бы пришлось склонить к ней голову. Танцовщица поднесла ладонь к лицу бывшего мужа и едва касаясь пальцами, аккуратно потрепала его по щеке, - Уж у тебя-то, Тейджиро, отбоя от поклонниц среди учениц точно нет... - Аюми усмехнулась, скрывая досаду, и отвела ладонь. Она сама не понимала, кого хотела отпугнуть этим жестом - Такегами или навеянные выбранным им местом воспоминания. Словно щелкнул переключатель, моментально выводя Хига-тян из тягучего мира воспоминаний. Она вновь заговорила громко и быстро, в присущей ей манере, не дожидаясь ответов и, кажется, даже не расcчитывая на них. - Однако, вы правы, Такегами-сан. Попросить помощи у учеников - отличный повод познакомиться и рассмотреть их поближе до начала занятий. Как по вашей оценке, здешние дети очень настороженно относятся к новым преподавателям?
Аюми мигом воодушевилась, услышав о квартире.
- О! Такегами-сан! Уверена, это вам будет интересно. Квартира - одна из причин, почему  я решила пока перебраться жить сюда! Ведь я затеяла ремонт. - Аюми на самом деле мало волновала реакция бывшего мужа на перемены в квартире. Как только за Тейджиро закрылась дверь, Хига-тян тут же стала считать квартиру своей собственностью. А единственное, с чем она считается, когда дело доходит до её личных вещей - это мнение непосредственно самой прекрасной Хига-тян. - Я решила немного сменить планировку. Например, в той зоне, где когда-то стоял огромный уродливый телевизор - помните его, Такегами-сан? - будет небольшое возвышение для чайного столика. И я хочу убрать стену между кухней и балконом - горшки с цветами, и всякие изысканные вазочки - это, конечно, прекрасно, но я хочу больше свободного места, чтобы было куда привести подруг.

0

10

Глядя на Аюми, Такегами чувствовал, как сильно сводит скулы - отнюдь не от желания улыбнуться бывшей жене. О, в данный момент социолог старательно наступал на горло своему желанию отвесить обольстительнице пару-тройку нелицеприятных комплиментов относительно её якобы сложившейся карьеры. Тейдзиро не относился к тем людям, которые "с глаз долой - из сердца вон". Он предпочитал быть в курсе абсолютно всей информации и, соответственно, время от времени открывал всемогущий Google с целью узнать, насколько всё плохо в жизни уважаемой Хига-сан. Если верить поисковику, то не так уж высоко продвинулась Аюми на танцевальном Олимпе.
Испытывая не совсем привычное для себя злорадство, Тейдзиро продолжал смотреть на молодую женщину сверху вниз, про себя отмечая, что годы разлуки никоим образом не отразились на ней. Хотя глупо было думать о том, что развод Аюми будет заедать тоннами шоколадного мороженого.
- В жизни нет мелочей, дорогая Хига-сан, есть только глупые люди, которые не могут запомнить крохи информации, - социолог всё же не удержался от маленькой шпильки, чувствуя, как разговор начинается накаляться.
Нет ничего хорошего в том, когда разговор переходит на "ты". Такегами зло сузил глаза, впрочем, тут же отводя взгляд в сторону, будто опасаясь испепелить миниатюрную прелестницу на месте. Заложив руки в карманы, он принялся с преувеличенным вниманием разглядывать большой розовый куст.
- Поклонницы? Не понимаю о чём вы говорите, - он подчеркнул строгое "вы", чуть подаваясь назад и неприятно морщась, стоило Аюми его коснуться. - На работе я предпочитаю работать, а не заводить романы с несовершеннолетними. Впрочем, зачем я говорю о работе? Всё равно это вам малопонятно и не слишком интересно.
Тейдзиро усмехнулся. Он всё ещё считал, что несмотря на большое количество обыденной смекалки, голова Аюми пуста, словно тыква. И сейчас, спустя много лет, социолог смотрел на эту женщину, недоумевая, что же такого могло привлечь в ней.
Но ведь и было что-то хорошее.. разве нет?
- Боже, как интересно, - абсолютно безэмоционально отреагировал Такегами, силясь найти в закоулках своей памяти те приятные моменты, ради которых он терпел Аюми. на ранний склероз он никогда не жаловался, но в данный момент память отчего-то подводила его. - Может быть пора просто купить квартиру побольше? Уверен, вы зарабатываете достаточно, чтобы обеспечить себя более приемлемым жильём.
На сей раз в голосе Тейдзиро промелькнуло откровенное ехидство. Он сильно сомневался что Аюми сейчас или когда-либо ещё сможет позволить себе вот так просто приобрести квартиру в центре Токио. Прошлое жильё было подарено родителями Такегами, себе же он впоследствии после развода приобрёл новые апартаменты. Зарплата же Аюми вряд ли позволяла жить на широкую ногу, и бывший муж не забыл ей об этом напомнить - пусть и во весьма специфической манере.

0

11

Сузив глаза от накатившей, подобно тошноте, злости, Аюми сделалась похожей на среднестатистическую японку, которой насыпали пыли в глаза. Прекрасно зная, какой несовершенной её делает злость, Хига-тян попыталась вернуть лицу приветливое выражение, но не могла ручаться, что ей это удалось, или (что гораздо важней), что Такегами не успел заметить эту кратковременную метаморфозу.
- Для такого безусловно умного и увлеченного работой специалиста вы подозрительно мелочно цепляетесь к разбитым чашкам, милый мой Такегами-сан. - Танцовщица говорила непривычно медленно, с утрированным спокойствием, иллюстрируя собой то самое "затишье перед бурей". Она была уверена: раз Тейдзиро такой ярый фанат их бывших ссор, что никак их не забывает, он должен вспомнить, что именно такой - приторно милой и показательно вежливой - его бывшая жена была незадолго до летящих ему в лицо стеклянных осколков. - Но при всей своей внимательности, разбитых сердец замечать не желаете.
Аюми любила его когда-то: не только его деньги и талант танцора, но и самого Такегами, сумевшего покорить её своим обжигающим хладнокровием и пронзительным умом. Любила до того, как это нежное чувство не истёрлось о безразличие, покрывающее его, подобно толстой шкуре. Он отказывался быть для Аюми восхищенным зрителем, и когда она сама перестала находить в бывшем муже качества, достойные восхищения, их семейная жизнь полетела ко всем чертям. А вслед за ней комфорт, удобство и беззаботность.
Аюми сжала кулаки, вдавив в кожу ладоней аккуратные ногти, но тут же разжала пальцы от боли.
- О вашей работе мне слушать и впрямь не интересно, и, в общем-то, никогда интересно не было, это вы верно подметили. Точно так же, как и вам не интересно слушать о таких вполне естественных вещах, как ремонт. Знаете, об этом говорят иногда люди, чтобы поддержать беседу. - В голосе Аюми скользнуло что-то, похожее на сарказм. Сама того не замечая, она начала повышать голос. Сейчас Хига-тян хотела бы стать выше, чтобы не задирать голову, глядя на бывшего мужа, а смотреть на него сверху вниз. А может быть, и плюнуть ему на макушку, сгоняя эту ненавистную напускную напыщенность. - Квартира, знаете ли, оказалась идеально хороша, жаль такую обменивать на что-то другое - место удачно подобрано, красочный вид из окна, удобное расположение, масса магазинов и развлекательных центров вокруг... Спасибо вашему отцу, у него отличный вкус! - Хига-тян усмехнулась, делая шаг назад от Такегами. Она продолжала всё время двигаться, наполняя свой образ ненужными жестами: поворот головы, откинутая челка, взмах рукой, - завлекая и гипнотизируя, даже в преддверии скандала привычно применяя своё единственное оружие - соблазнение. - Хотя, предполагаю, что квартиру выбирала матушка. Все мужчины в вашем роду лишены чувства прекрасного, или только ты?
Как Аюми ни пыталась успокоить мысли и взять себя в руки, она никак не могла назвать Такегами по имени. Слова и эпитеты, которые она к нему мысленно примеряла, именами точно не являлись, а самое ласковое из них было "напыщенный индюк".
Эта череда черных ругательств была для танцовщицы своеобразной заменой подушки, которую психологи советуют бить кулаками в моменты злости. Правда, Аюми предпочитала в таких случаях более активную терапию для установления душевного спокойствия, а именно, швыряние бьющихся и хрупких предметов в обидчика. Она с трудом сдерживалась, чтобы не начать кидаться в бывшего мужа хотя бы оскорблениями.

0

12

Бровь Такегами плавно взметнулась вверх; он сдержал очередную ехидную усмешку, адресованную бывшей жене. Всё-таки Хига-сан была потрясающе эмоциональна, и социологу оставалось только читать малейшие изменения на её прекрасной лице. Впрочем, не нужно было быть исследователем, чтобы понять - Аюми пребывает в бешенстве.
Эта мысль немного утешила Тейдзиро и даже заставила его успокоиться, вспомнив все самые "сладкие" моменты их семейной жизни. Однако Хига всегда умела бить по больному, и в данный момент она затронула тему, которую мужчина не хотел касаться от слова "совсем".
- Нет, у моей матери вкус на вещи и людей куда более изысканный, чем вы думаете, - в голосе Тейдзиро звенел лёд. - Помнится, она, как и отец, не была в восторге от того, что в этой квартире я буду жить с кем-то. Из чего могу сделать вывод, что единственный человек в нашем роду, который обладает отвратительным вкусом, это я.
Он на мгновение прикрыл глаза, принявшись медленно считать про себя. Обычно аутотренинг помогал, но сейчас он был абсолютно бесполезен - присутствие Аюми заставляло распадаться на куски выдержку Такегами. Даже авральный день с кучей уроков и неадекватными учениками был просто ничем по сравнению с маленькой хрупкой танцовщицей.
- Мы уже на ты? - Тейдзиро сузил глаза - почти также, как Хига минуту назад. - Превосходно.
Социолог кусал губы, чувствуя, как злость поднимается откуда-то изнутри. Аюми могла довести до трясучки кого угодно, и Такегами, всегда ярый противник рукоприкладства, сейчас больше всего на свете хотел надавать жёнушке хороших затрещин - так, чтобы раз и навсегда отбить у неё охоту вторгаться в чужую жизнь.
- Не будем скрывать, мы оба знаем, что привело вас сюда, - медленно заговорил Такегами, однако постепенно убыстряя темп. - Развод, следом неудавшаяся карьера.. да-да, моя дорогая Хига-сан, я нахожусь в курсе ваших спортивных достижений. А точнее полнейшего отсутствия оных.
Единым мягким плавучим жестом он снял очки и, сложив их, спрятал в кармане пиджака.
- Так вот. Жизнь несправедлива, Аюми, и если когда-то давным-давно мы с тобой.. я решил разорвать отношения и уйти в ночь, значит, просто нужно смириться с этим. Не закатывать истерики - вы прекрасно знаете, что я не люблю сцены. В данный конкретный момент вы не получите от меня ничего кроме негатива и нежелания общаться с вами в дальнейшем. Вы меня понимаете?
Помедлив немного, он поднял руку и нежно коснулся лица женщины. Её кожа была всё также мягка и совершенна, и на мгновение Такегами даже пожалел о своих резких словах. Однако в следующий момент он взял себя в руки и небрежно потрепал Аюми за нос - словно ребёнка, после чего насмешливо протянул:
- Засим предпочту откланяться, уважаемая Хига-сан. В отличие от вас я не имею возможности прохлаждаться. Приходится работать. Если, конечно, вы понимаете значение этого слова.

0

13

Чёрная густая обида захлестнула Аюми, сметая и без того хрупкие, но старательно удерживаемые преграды между яростью и внешней вежливостью. Она захлебнулась вдохом и почти зарычала, хватая бывшего мужа за галстук.
- Я не хочу с подобным мириться. И никуда ты не пойдёшь, мерзавец! - рявкнула она, и потянула галстук на себя, будто поводок, против его воли приближая лицо Такегами к своему, чтобы иметь возможность прямо смотреть ему в глаза. Чтобы ощущать себя равной ему, а не маленькой девочкой, которую взрослый опытный преподаватель может поставить на место.
Такегами своими словами задел в Хига-тян давно и старательно закапываемые на дне памяти комплексы и удручающие мысли, в которых Аюми в минуты подавленности (подобные минуты возникали тем чаще, чем реже поступали приглашения к танцам) видела себя постаревшей и забытой. Больше всего на свете она боялась, что однажды предложений работы, связанной со сценой, для неё больше не останется, и она вынуждена будет влачить своё существование, лишенная привычной роскоши, лоска, и любви публики. Она не могла простить ему - сейчас - что эти картины выплыли из глубин её памяти.
Аюми дернула на себя галстук и, дабы оглушить бывшего мужа и не дать ему вырваться и сбежать, не дослушав, влепила ему пощечину. На правой щеке социолога остался след аккуратной ладошки - сначала бледный, он постепенно краснел. Хига-тян, глядя на эту отметину, некрасиво оскалилась.
- Если бы всё дело было только в отношениях, я бы забыла тебя сразу же, как за тобой закрылась дверь! Не такая уж большая потеря: молодой муж с вредными родителями, для которого секс менее интересен, чем зарядка. - танцовщица распалялась от собственного крика, каждую новую фразу она произносила громче и быстрей предыдущей. В данный момент она не задумывалась о возможных зрителях, получив, наконец, возможность выплеснуть обиду на её виновника. - Единственное, что у нас с тобой всегда было общего - это талант танцевать, и даже не думай лгать, будто это не так! Мы танцевали как боги, мы вдвоём поднялись на вершину танцевального мира. Только вспомни - конкурсы, фестивали, показательные выступления, награды, журналисты и телевидение... И что сделал ты? Ты спрыгнул с пьедестала, оставил меня там одну! Ты отвернулся от своего таланта, а потом и от меня. Своим отказом от танцев ты похоронил и мою карьеру, ты испортил мне жизнь и в клочья разорвал мои мечты! Я мечтала танцевать, и это всё, что я умела, а ты оставил меня ни с чем, бесчувственная эгоистичная свинья!
Глаза Аюми заблестели от слёз. Она отпустила галстук Такегами, отступила на шаг и, замахнувшись, прошлась ладонью по второй его щеке. На скуле остались три стремительно краснеющие полосы от ногтей.

0

14

Такегами растерянно моргнул - раз, другой, - после чего попытался сделать шаг назад. Целиком и полностью безуспешно, надо сказать, - красивый со вкусом подобранный галстук из аксессуара превратился в удавку, которую так успешно использовала Хига-сан.
- Аюми, у тебя истерика.. - с привычной холодностью заговорил было социолог и тут же болезненно поморщился - что и говорить, рука у бывшей жены была тяжёлая.
Однако вместе с чужими воплями и своей болью пришла самая настоящая злость. На скулах Тейдзиро заиграли желваки, он сдерживал себя одним только чудом, сейчас желая в самой грубой форме отлепить от себя разбушевавшуюся жену. Аюми, к слову сказать, безумно напоминала фурию, и любитель спокойствия Такегами был готов играть капитуляцию, позорно покинуть поле боя - одним словом, сделать всё, лишь бы не прикончить дурочку и тем самым нарушить привычную размеренность своей жизни.
- Аюми, что с тобой происходит? - пробормотал мужчина, силясь всё-таки расцепить тонкие хрупкие пальчики бывшей супруги и освободить, наконец, злосчастный галстук. - Какая муха тебя укусила?
Впрочем, глупо было спрашивать. Сам раздразнил, сам довёл, а теперь ещё и удивляется. Вот только в этот раз умелый манипулятор немного просчитался и не сумел остановить ожидаемую волну гнева.
К чёрту. Пошло оно всё.
Он закрыл глаза на мгновение, чувствуя, как лицо горит огнём. Наверняка завтра останутся некрасивые следы, которые вызовут множество вопросов. Хотя Тейдзиро уже окончательно смирился с мыслью о том, что тихий приют школы Химавари перестал быть таким уж тихим.
- Прекрати немедленно! - неожиданно прорычал Такегами, оттолкнув от себя женщину и крепко прижав её к стволу ближайшего дерева. Светло-ореховые глаза мужчины сейчас потемнели от злости - казалось, ещё мгновение, и он ударит Аюми. - Я вижу, годы разлуки не пошли тебе на пользу - ты всё такая же истеричка, какой и была. А сейчас, слушай меня внимательно.
Он до боли сжал пальцы на её предплечьях, пару раз сильно встряхнув для острастки, после чего продолжил дрожащим от плохо сдерживаемого гнева голосом:
- Если ты думаешь, что можно просто приехать сюда и попробовать снова испортить мне жизнь - ты сильно ошибаешься. Чёрт подери, да что тебе нужно от меня? Я оставил тебе роскошную квартиру в центре Токио, новую машину и порядочный счёт в банке. Неужели этого было недостаточно для того. чтобы просто оставить меня в покое? Ха, в таком случае, я полнейший наивный идиот!
Кажется, железная хватка Тейдзиро стала ещё сильнее.
- Имей ввиду, я не позволю тебе портить мою жизнь. Без тебя и глупых танцулек она заиграла радужными красками. Мы не дети, Аюми, и оба понимаем, что нельзя до конца жизни плясать на паркете. Нужно заняться чем-то более серьёзным. Я нашёл себя. Чего и тебе советую, - он сглотнул и, словно взяв себя в руки, отпустил женщину, делая два шага назад. - Довольно на сегодня. я не хочу видеть тебя в своей жизни. Не знаю, зачем ты приехала сюда, но искренне надеюсь на твоё благоразумие. Не смей подходить ко мне.
Круто развернувшись, Тейдзиро пошёл прочь. Где-то вдалеке прозвенел звонок, а это значило, что буквально через несколько минут сад перестанет быть тихим уединённым местом. Погружённый же в свои мысли, Такегами не заметил чьи-то любопытные глаза, внимательно глядящие на разыгравшуюся сцену.

Эпизод закрыт.

Отредактировано Takegami Teijirou (07.10.2013 21:52)

0


Вы здесь » Himawari Gakuen » Archive » Ты ещё жив, любимый?