Himawari Gakuen

Объявление


ученики учителя горожане кроссоверы нужные персонажи срочно ищем!


акции помощь новичку фракции валюта отношения текучка отчиталка набор штата АДМИНИСТРАЦИЯ

Дата: 28.08.2016-4.09.2016
Погода: жарко и сухо

сюжетные квесты

► Новый дом
Запись в дома по квесту
► Поиск правды
Запись в детективы

новости

► Главные новости за последнее время



Лучший эпизод: Один раз - случайность, два - тенденция, а три - закономерность

Кай стояла, опустив глаза в пол. Она выпятила нижнюю губу, нацепила на лицо выражение крайней скорби и хныкала.

- Ну дяяяденька, - жалобно завела она в который раз. - Ну пожааалуйста, простите. Ну только в этот раз, честно-честно.
Перед ней и владельцем магазинчика на витрине лежало несколько блокнотов, набор гелевых ручек и точилка в виде панды. Все это Каири пыталась вынести, не заплатив, и была поймана с поличным.
Владелец комбини был, по сути, человеком не злым, а потому правда не знал, что делать. В то же время непутевую школьницу надо было наказать, а потому он грозно раздувался и возмущался, грозясь отвести ее в полицию.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Himawari Gakuen » Archive » Убил бы тебя твоей же пилочкой для ногтей.. (с)


Убил бы тебя твоей же пилочкой для ногтей.. (с)

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Место: школа Химавари, спальня Такегами
Время: полгода назад
Участники: Такегами Тейдзиро, Хига Аюми

0

2

Какое-то время Аюми злилась. Конечно, она не размазывала по лицу злые слёзы и косметику, не выкрикивала вслед Такегами неподобающие прекрасной леди ругательства. Ученики, толпящиеся вокруг её возлюбленного хаммера с полными восхищения глазами, с удовольствием приняли удар на себя. Хига-тян сорвала на них злость, окончательно очаровав молодежь, и так уже передающую по губам сплетню: "Это та самая, которая врезала Такегами-сану!". И откуда только успели узнать? Аюми поражалась скорости распространения слухов и той щенячьей радости, с которой подростки подхватывали их и передавали дальше.
До своей комнаты новая учительница шла в сопровождении неуклюжих мальчишек, тащивших её сумки, и неумело накрашенных щебечущих девчонок. Аюми улыбалась, рассыпалась в комплиментах, старательно любезничала и изображала, как ей приятны эти новые знакомства. Это происходило совершенно невовремя - Хига-тян всё ещё кипела изнутри - но она должна как можно скорей поселиться в сердцах этих детей, ведь именно они станут в ближайшее время её зрителями, фанатами и маленькой гвардией.
Надо ли говорить, что в первый урок танцев зал оказался набит новоиспеченными любителями классического танца чуть ли не "с горочкой". Явились все, кто составлял совсем недавно экскурсионный эскорт Аюми, и ещё привели с собой по парочке друзей. И на первом же занятии непревзойдённая Хига-тян потерпела сокрушительное фиаско. Подростки, в силу своего возраста нескладные, лишенные изящества, в каждое разучиваемое движение пытались вложить что-то привычное, вынесенное с танцплощадки подвального клуба. Это было абсолютно неуместно и уродовало танец. Детям нравилось, они смеялись и подтрунивали друг над другом, приводя тем самым Аюми в бешенство: она требовала, чтобы всё внимание было уделено лишь ей и танцу.
В итоге первое же занятие было превращено в филиал деревенского клуба. На второе занятие Аюми явилась с небольшим планом, которое тут же привела в действие. Она провела отбор, заставив каждого пришедшего "танцора" сплясать что-нибудь перед всей группой. Кто-то отказался наотрез, упершись в собственную робость; кого-то выпроводили улюлюканьем и свистом их же товарищи. Группа сократилась втрое, а Хига-тян нажила себе несколько маленьких врагов. Третье занятие больше походило на настоящий урок танцев, но дети, насмотревшиеся молодежных фильмов о брейк-дэнсерах и уличных танцевальных группах ни в какую не желали упорствовать в отработке классических движений, наивно полагая, что двигаться "так же классно, как в кино" можно без долгих изнурительных тренировок.
Аюми требовалась помощь. С дисциплиной на своих занятиях она, со временем, справится и сама. Но ей нужен был сильный партнёр, чтобы ученики могли своими глазами, вживую - а не с экранов телевизоров - увидеть настоящий танец, в исполнении настоящих людей, отточенный и совершенный. Ей нужна была демонстрация мастерства, чтобы её группа гадких утят увидела перед собой недосягаемую цель, к которой нужно стремиться, и сравнила её с тем убогим результатом, который имелся у каждого новоявленного танцора на данный момент.
На мили вокруг не было ни единого подходящего мужчины, кроме того, что сейчас - скорее всего - читал какую-нибудь нудную заумную книжку за дверью, перед которой стояла Аюми. Недавняя ссора, переросшая уже в местную байку, ещё помнилась слишком хорошо, но Хига-тян готова была пренебречь на какое-то время своей гордостью. В конце концов, танец она всегда любила больше, чем мужа и деньги.
Она не решилась вламываться в чужую каморку, которую в Химавари именовали учительской комнатой, посчитав, что это значительно уменьшит шансы на успех её небольшого предприятия, учитывая, что именно она хотела просить у Такегами. Подавать голос Аюми тоже пока не стала, а, собравшись с мыслями и вздохнув, нацепила на лицо самую нежную из всех имеющихся в её арсенале улыбок, и уверенно постучала маленьким кулачком в дверь Такегами-сана.

0

3

Кто-то из великих однажды сказал: бойтесь своих желаний, ибо они могут исполниться.
Когда-то Такегами мечтал о красавице-жене, глядя на которую, окружающие будут исходить ядовитой завистью и передавать друг другу едва слышным шёпотом: "Эй, ты видел? Вот это красотка! Определённо, этому парню сильно повезло!". И боги смилостивились над молодым человеком, послав ему судьбоносную встречу с Хига Аюми. Однако при этом они забыли сказать, что наградили прелестницу мерзкий характером, по сравнению с которыми капризы всех моделек мира были ничем.
И сейчас Тейдзиро расплачивался за своё когда-то искреннее и горячее желание.
Следующие несколько дней после встречи с бывшей супругой Такегами только и делал, что прятался. В пустых классах, в библиотеке, в медицинском кабинете - одним словом, везде, где Аюми никогда бы не появилась. В какой-то момент мужчина даже подумал, что супруга также избегает встречи с ним, довольствуясь не самыми приятными (для Такегами, по крайней мер) слухами, разлетевшимися по школе практически мгновенно. Хотя может дело было в том, что Тейдзиро просил учебный отдел ставить социологию ранним утром, в то время как Аюми, большая любительница поспать, назначала свои уроки на послеобеденное время. А вот Такегами после полудня находил себе важные дела далеко за пределами школы, и вероятность его встречи с Хига-сан сводилась к минимуму.
Кажется, обе стороны всё устраивало - по крайней мере, так казалось социологу. На своих уроках он всё также старался сохранять дисциплину - как показала практика, появление Аюми этому как раз таки не способствовало. У подростков вовсю бушевали гормоны, и если мужская половина готова была склониться перед новой учительницей и постоянно обсуждать её прелести, то женская разделилась на две части. Девочки помладше восхищенно вздыхали вслед Аюми, а вот более старшие ученицы со временем возненавидели ей, исходя истинно женской ревностью и злобой. Всё это отнюдь не способствовало сохранению тишины на уроках человека, который также стал одной из самых обсуждаемых фигур.
Тем не менее, Тейдзиро не был готов отказаться от работы. Один раз он уже позорно сбежал, оставив за женой поле боя, щедро усыпанное дарами, но сейчас толстый вопрос стоял над его личным пространством, в кое входила школа Химавари вместе со всеми её обитателями. Отдушину Такегами находил в книгах и Интернете, отчего превратился в законченного социопата. Однако даже в стенах своей комнаты он слышал звонкий голос и смех, периодически доносившиеся из коридора. Слышал и искренне приходил в ужас от одной мысли о том, что доброе школьное руководство решило посетить Хига-сан рядом с Тейдзиро.
Кстати, страхи тоже имеют обыкновение сбываться.
В один не самый прекрасный дождливый вечер Такегами сидел в своей комнате за рабочим столом и с удовольствием штудировал социологию Макса Вебера. ничто не предвещало беды - ни тихий стук капель по подоконнику, ни шелест страниц, не едва слышный голос Маргарет Бергер, доносящийся из динамика ноутбука. Однако стук, раздавшийся словно гром среди ясного неба, внёс дисгармонию в порядок, установленный социологом. Нахмурившись, мужчина отложил книгу и, поднявшись, подошёл к двери. Рука его, чуть помедлив, всё же коснулась ручки, поворачивая её и распахивая створку.
В тот же момент Такегами захотел выкинуть совсем уж детскую штуку, а именно: захлопнуть дверь и забаррикадировать её всеми подручными средствами. Аюми на пороге улыбалась, словно хитрая лисица, и Тейдзиро с трудом подавил в себе желание сказать ей что-нибудь мерзкое. Вместо этого он безукоризненно-вежливо улыбнулся и произнёс:
- Добрый вечер, уважаемая Хига-сан. Боюсь, вы ошиблись дверью. Ваша комната находится чуть дальше по коридору.

0

4

- Добрый день, уважаемый Такегами-сан! - улыбка Аюми сообщала миру о её чрезвычайной радости от встречи с учителем, а глаза влажно поблёскивали и восторженно сияли. Однако, в слова просочился изнутри яд, который Хига-тян не сумела удержать: на пьедестале её любви на первом месте всегда стоял танец, но на втором - роскошь, - Я прекрасно знаю, где находится моя, с позволения сказать, комната. Мне нужны были именно вы, Такегами-сан. Вы позволите? - разумеется, танцовщица не стала дожидаться разрешения и оттеснила бывшего мужа, преграждавшего собой проход в комнату.
Обходя Тейдзиро двуликая леди смерила взглядом ширину его плеч, а оказавшись сзади оглядела осанку, оценила стройные ноги и не потерявший упругости зад. Она осматривала социолога, как выставленного на продажу коня, и для завершения этой импровизированной пантомимы не хватало только заглянуть ему в зубы. Как Аюми и предполагала, Такегами, оставив танцевальную карьеру, сохранил прекрасную форму: сыграли роль и природные данные (вспомнив свою суетливую свекровь и угрюмого свёкра Хига-тян в который раз удивилась, как у таких заурядных людей получился такой изумительно складный сын), и, вероятно, регулярные занятия спортом.
- Такегами-сан, - Аюми капризно надула губки, брови вспорхнули вверх, придавая лицу танцовщицы выражение удивления и поистине детской обиды, - Мне показалось, вы избегаете меня, Такегами-сан. Как будто наш последний разговор смог вас задеть. - Она хихикнула и отмахнулась от своего предположения, мол, "Полно вам, да неужели". Как она ни старалась, а сдержаться от упоминания в разговоре этой острой темы Аюми не удалось. Шпионские игры, в которых Тейдзиро всегда скрывался из поля её видимости в последний момент забавляли японку. Не будь она так увлечена и занята своими уроками и подготовкой к ним (а свободное время почти целиком пришлось отдать на установление приятельских отношений с самыми видными учениками), обязательно изучила бы расписание Такегами достаточно внимательно, чтобы суметь мелькать перед его глазами по несколько раз на дню. Раздражая, напоминая, не позволяя забыть и расслабиться.
Хига-тян простучала каблучками по полу вглубь комнаты, чтобы у социолога не возникло желания (а если всё-таки возникнет, то не представилось возможности) взять её в охапку и силой выставить за дверь. Педантично вылизанная, прибранная каморка больше напоминала кабинет. Его Аюми тоже оглядела оценивающе, словно примеряясь, какой ширины шаг нужно делать, чтобы уместить здесь вальсовый квадрат.
Аюми слегка раскачивалась в такт тихо звучащей музыке. Продолжая ласково улыбаться она спросила, очень аккуратно и вкрадчиво, словно пыталась найти нейтральную тему, чтобы завязать разговор с новым знакомым:
- У вас прекрасный музыкальный вкус, Такегами-сан. Но когда вы танцевали в последний раз?

0


Вы здесь » Himawari Gakuen » Archive » Убил бы тебя твоей же пилочкой для ногтей.. (с)